Рихард ГрМ (richard_grm) wrote,
Рихард ГрМ
richard_grm

Categories:

Мотив

Одна из сложностей, связанных с данным делом, заключена в том, что участники дискуссии, как правило, плохо себе представляют, каким образом определяется мотив преступления.
Об этом мы сейчас и поговорим.

ВСЕ ЗАКОНЫ, КАК ЗАКОНЫ, А У СТАТЬИ 213 КАКОЙ-ТО МОТИВ НЕНАВИСТИ!

Мотивы вражды или ненависти (политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо же ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы) упоминаются не только в статье 213.
Они есть также в части 2 пункте "л" статьи 105 (Убийство) Уголовного кодекса, части 2 статьи 111 (Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью) и многих других.

Кроме того, мотивы вражды или ненависти являются обстоятельством, отягчающим наказание, для всех преступлений, за исключением тех, в описание которых они уже включены.

ЗАЧЕМ ВООБЩЕ НУЖЕН МОТИВ?

Одна из функций наказания - предотвращать преступления или снижать их количество.
Более строгое наказание полагается за более опасные действия.
Понятно, что человек, который хулиганит не из удали или спьяну, а движимый ненавистью к какой-то группе людей, более опасен.
Как правило, его действия унижают и оскорбляют многих сразу, даже тех, кто непосредственно не присутствует при его выходке, и способны, в конце концов, вызвать серьезные конфликты и столкновения.

МОТИВ И КРАЖА

Некоторые мои читатели никак не могу взять в толк, почему в своем прошлом посте я, рассказывая о мотиве, упоминал для примера кражу.
Хулиганство по мотивам вражды или ненависти кажется им неким особым "мыслепреступлением", а кража - штука конкретная.

Попробую объяснить ещё раз.
На самом деле, любое преступление является, в какой-то степени, "мыслепреступлением".
В частности, умышленное преступление требует умысла.
Нет умысла - нет преступления.
При этом, например, прямым умыслом называется такое положение дел, когда преступник предвидел результаты своих действий и желал их наступления.
Обратите внимание: предвидел и желал - всё это происходило у него в сознании.

То есть, на примере кражи я показал, что даже в самом заурядном на первый взгляд преступлении есть субъективная сторона.

КАК УСТАНОВИТЬ МОТИВ

Думаю, моим читателям стало окончательно ясно, что, отвечая на вопрос, совершил ли данный человек преступление, мы всегда так или иначе интересуемся его мыслями и чувствами.
Теперь рассмотрим, как мы можем установить мотивы ненависти или вражды, наличие которых требуется для признания обвиняемого виновным.

Начнём с более простого - не с мотива, а с умысла.
Рассмотрим всё ту же кражу.
Как мы узнаем, что человек умышленно похитил чужое имущество (он ведь может всё отрицать)?
По его действиям, конечно.

Мы полагаем, что случайно предпринять такие действия (проникнуть в дом, вскрыть сейф и т.д.) вряд ли возможно.
То есть, умысел мы определяем по поступкам.

Но ведь можно сочинить какую-то теорию, согласно которой человек всё же не виноват.
Например, его хозяин дома нанял - якобы прочность сейфа проверить.
Так вот.
Чтобы история про договор с хозяином вызвала у суда обоснованные сомнения в виновности рассказчика, рассказ надо как-то подтвердить.
Например, аудиозаписью разговора с хозяином дома или как-то иначе.
Иначе она обвиняемому не поможет - сказать-то всякий в состоянии.

Обратите внимание на следующие важные моменты:
- факты из области психической деятельности (умысел) устанавливаются по поступкам обвиняемого,
- чтобы посеять сомнения в виновности, обвиняемому надо привести веские обоснованные доводы, нельзя просто сказать, я, мол, не хотел.

Установление мотивов вражды или ненависти - более сложная задача.
Если для установления умысла никаких специальных знаний следователю обычно не требуется, то для мотива, как правило, нужна экспертиза.
Эксперт анализирует не только поведение обвиняемого во время преступления, но и его письма, показания свидетелей, родственников, результаты творчества и т.д.

Чтобы проиллюстрировать общую идею подобного исследования, давайте рассмотрим совершенно отдельную абстрактную ситуацию, в которой нам нужно определить намерения человека.
Прежде чем к ней перейти, на всякий случая поясняю открытым текстом.
Эта история показывает, как мы узнаем о намерениях и чувствах других людей по их поступкам.
Она не имеет прямого отношения к делу "Пусси Райот".

Допустим, что некий грозный с виду гражданин погнался за группой людей.
Те испугались и стали о него убегать.
Нам может показаться, что он преследует всю группу.

Некоторые из бегущих устали и отстали, но преследователь просто пробежал мимо.
Становится понятно, что он гонится не за всеми.

Наконец, остался всего один человек, преследователь его настиг и стал в ним бороться.
Мы можем решить, что он хочет побить беднягу.

А потом этот преследователь одержал верх, добивать не стал, начал выворачивать ему карманы - а мы думаем, что, наверное, деньги ищет, разбойник!
Затем он вытащил ключи из кармана поверженного противника, сказал - дескать, больше моих ключей от машины не трогай! - и ушел.
Тут-то мы и поняли, что он преследовал одного человека из-за ключей от машины.

Если бы мы знали только конец истории (не видели бы, как они дрались), мы не могли бы оценить степень его раздражения.
Если бы знали только начало - понятия бы не имели, за кем из группы он вообще гонится, и почему.

Теперь вернемся к делу "Пусси Райот".
Примерно так же устанавливает мотив ненависти и эксперт: по совокупности действий, высказываний и прочего.
Действие происходит в православном храме, пародируется православная молитва, выкрикиваются ругательства с упоминанием бога.
Понятно, что группа, которую может оскорбить и унизить эта выходка - православные.
Далее изучается текст песни - "все прихожане ползут на поклоны" и т.д.
Ага, значит, можно утверждать, что они именно прихожан РПЦ не любят и им вредят.

То есть, пересечение множества людей, которые могут пострадать от их поступка (православные) и множества людей, упомянутых в оскорбительном контексте в песне (прихожане РПЦ) дает нам ту самую нелюбимую ими группу - прихожан РПЦ.

Обратите внимание вот на что.
В решении суда, насколько я понял, говорится, будто установлен мотив религиозной вражды и ненависти к православным.
У меня нет материалов дела, поэтому на основании того, что мне известно из открытых источников, я бы говорил о вражде к социальной группе "прихожане РПЦ".
Возможно, я не прав, потому что у меня не хватает информации.

Для установления виновности эти различия значения не имеют.
Просто подчеркиваю, с чем я не согласен.

АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ТЕОРИИ

Как и в случае с умыслом у нас могут возникнуть альтернативные теории объясняющие, почему эти барышни писали стихи и выполняли действия, враждебные пастве РПЦ.
Например, их могли нанять для подобной работы.

Но - как и в случае с вором, который рассказывает о договоре с хозяином - данные теории нужно подтвердить.
Их слова и поступки прямо указывают на вражду, а вот на подкуп указаний нет.

СЕРМЯЖНАЯ ПРАВДА

Если вы, уважаемые мои читатели, до этого места дочитали, то, вероятно, заметили, до чего все это муторно как-то.
То есть, общая идея, если не вдаваться в нюансы, ясна - рассмотреть ряд враждебных поступков (или ряд характеристик враждебного поступка - место, характер действия), взять пересечение множеств людей, которых может оскорбить или унизить тот или иной поступок.
Но всё равно не очень понятно, стоит ли овчинка выделки, и какова польза ото всей этой кропотливой работы.

На этот счет спешу вас успокоить.
Польза, конечно, есть.

Практический смысл наказания, как я уже говорил, состоит в том, что люди более опасные должны получать более строгое наказание, чем те, кто менее опасен.
А человек, который, например, сперва сочиняет злые вирши против какого-либо сообщества, а потом этому сообществу вредит, опаснее того, кто вредит просто так, без направленной вражды.

Причина этого проста.
Мы привыкли думать, что поступки человека определяются его мыслями и убеждениями.
Это отчасти верно, но кроме того, надо помнить, что убеждения человека в очень большой степени определяются его поступками.
Тот, кто совершает, даже случайно, некий ранее недопустимый для себя поступок, со временем начинает думать, что не такой уж он и недопустимый.
А уж если человек был против кого-то враждебно предубежден, а потом намеренно устроил ему неприятности, то его вражда возрастает и укрепляется - именно потому, что он подкрепил убеждение поведением.
Поэтому, повторюсь, с практической точки зрения можно смело утверждать, что человек, у которого злое слово не расходится с делом, усиливает свою враждебность, делает её более стойкой и является более опасным, чем тот, кто нарушил порядок без какой-либо вербальной подготовки.

В общем, когда вы узнаете, что эксперты изучили какую-то песенку, потом посмотрели, что именно и в каком месте вытворяли обвиняемые, а затем заявили, что они враждебно настроены к неким людям, то практическая суть дела довольно незамысловата: человек, который ведет себя именно так, вполне готов к дальнейшему причинению вреда, а потому опасен.

ИТОГИ

Как обычно - краткие итоги:

- Мотивы вражды или ненависти присутствуют как квалифицирующий признак в ряде статей УК, для остальных преступлений их наличие является обстоятельством, отягчающим наказание.
- Установление мотива позволяет эффективнее использовать систему наказаний.
- В каждом преступлении есть субъективная сторона.
- В некоторых случаях мотив можно установить при помощи изучения поведения обвиняемого.
- Гипотетические альтернативные мотивы, не подтвержденные поведением обвиняемого, в расчет не принимаются.
- Сочетание враждебных слов и действий в отношении какой-либо группы указывает на высокую степень готовности проявлять агрессию и впредь.



АПДЕЙТ

Надо сказать, уважаемые мои читатели, что мой пост про мотив большинство моих оппонентов не поняло совершенно.
Вы спросите, как я об этом узнал?
Узнать, понял ли человек, что к чему, в некоторых случаях довольно несложно: надо попросить его привести пример.
И мне их приводили!

Один из самых выдающихся выглядел примерно так: по вашей логике, если человек куда-то поехал на автомобиле, то у него есть мотив вражды к пешеходам, ведь он знает, что может их сбить!
То есть, прочитал человек мой пост, много думал.
И вот такое вот выдумал.
Поэтому, для лучшего понимания сути дела моими читателями, я решил добавить дополнительный пример, отталкиваясь от вышеупомянутого беззлобного водителя.

В начале рассмотрим ошибки моего оппонента.
Первая ошибка состоит в том, что водитель никоим образом не нарушает действующего законодательства.
То есть, его мотивы имеет смысл выяснять только тогда, когда он подозревается в совершении уголовного преступления, да и то не всегда.
А то, что он просто поехал куда-то - не преступление.

Далее, допустим он совершил некое деяние, требующее установления мотива.
По одному только факту того, что он своими действиями в принципе мог причинить вред, мы никакого мотива не установим.
Нам нужна последовательность действий, направленных против какой-то определенной группы людей.

Учитывая всё это, рассмотрим следующий пример.
Некий гражданин Х. сочинил стихотворение, в котором описывал, что всем в нашей стране управляют отвратительные гаишники.
Большую часть стихотворения он рассуждает о том, как они мерзко себя ведут.

Кроме того, в одной из строчек он заявляет, что велосипедисты пресмыкаются перед гаишниками и ползут к ним на поклоны, поддерживают их на выборах.
Иначе говоря, власть гаишников держится на тупом двухколесном быдле.

Далее он садится в машину и начинает гоняться за велосипедистами.
Не за пешеходами, не за гаишниками, не за роллерами.
Только за велосипедистами.
Пугает их, опасно сближаясь, громко сигналит им.
То есть, предпринимает действия, направленные именно на то, чтобы причинить моральный вред велосипедистам и никому больше.
Не всем на свете велосипедистам, но только велосипедистам.
А более - никому.

Потом он монтирует клип, взяв записи со своего видеорегистратора, в котором смешные велосипедисты от него улепетывают.
На видеоряд он накладывает тот самый текст - про гаишников, которые всем управляют, и велосипедистов, которые их поддерживают и пресмыкаются перед ними.

При этом, когда ему говорят о вражде, Х. заявляет, что не испытывает вражды к велосипедистам.
Что это просто политическая акция.
Он ведь и раньше уже делал такие акции.
Например, он долго ездил вокруг здания ФСБ в Санкт-Петербурге, акция называлась "ФСБ в плену у Х.".
А ещё он долго ездил вокруг Биологического музея, акция называлась "Screw for little bear!" - "Крутись в защиту медвежонка!"
А ещё он однажды гнался за президентским кортежем, но догнать никого не смог.
Наверное, президент просто зассал.
В общем, он за политику.

Следует заметить, что данная теория ("я к ним нормально отношусь, просто я политик") ничего не опровергает.
Опровергающая теория выглядела бы так:
- Вы убили продавца вчера вечером.
- Вчера вечером меня не было в городе.
А вот ответ "я не убивал продавца потому, что я работаю строителем, а не убийцей" не исключает его участия в убийстве.
Строители тоже убивают.

В случае Х. всё ровно так же: он может быть политиком, ненавидеть власть гаишников.
Но вражду к велосипедистам это никак не исключает.

Далее, его теория не подтверждается фактами.
Никаких политических заявлений во время своей погони он не делал.
Его жертвы даже не могли понять, за что им досталось.
Другие велосипедисты, узнав о его поступке, были запуганы или унижены, но не понимали, что это - за политику.
Кроме того, если он не хотел причинять им страданий, так и не причинял бы.

Поэтому в качестве мотива его поступков эксперт укажет именно вражду к велосипедистам.
Она подтверждается текстом в котором указывается, что велосипедисты поддерживают неправедную власть, его поступками.
Альтернативные объяснения, выдвинутые Х., не подтверждаются фактами и ничего не опровергают.
Поэтому их можно проигнорировать.


На всякий случай напоминаю, что это - упрощенный абстрактный пример, поясняющий, как именно определяется мотив по словам и поступкам.
Я не утверждаю, что группа ПР за кем-то гонялась на автомобиле.
Tags: комментарии к делу "ПР"
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 91 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →